Форум «Шайбу! Шайбу!»

5 голосов за форум
5 голосов за форум
  • Читают в ленте 7

Тео Флери. Играя с огнем - Глава 25

В 25-й главе своей автобиографии известный в недавнем прошлом форвард Теорен Флёри вспоминает свои времена в "Колорадо", с которым он дошёл бы до финала Кубка Стэнли, если бы на его пути не встал Майк Кин.



Глава 25. "Колорадо".

Благодаря травмированному колену, мне посчастливилось застать рождение своей дочери Татим 15-го марта 1999-го года. Я видел, как появились на свет все мои четверо детей. Это потрясающе. Если кому нужен акушер - зовите меня. Нам всегда нравилось имя Татим О’Нил (американская актриса, прим. АО), а когда мы узнали, что оно означает "беззаботная", то мы сочли его просто идеальным.

Мы решили немного изменить его написание, как мы поступили и в случае с Бо (вместо Tatum - Tatym, вместо Beau - Beaux, прим. АО). Что самое интересное, Татим - моя точная копия. Она спокойно смотрит на вещи, и её трудно чем-то удивить. Но когда она катается верхом - это что-то невероятное. Смотришь на неё - вроде, маленькая девочка-тихоня, а как сядет верхом, так она сразу сосредотачивается и полностью втягивается в процесс. Это мне в ней очень нравится. Когда дело доходит до соревнований, она становится очень серьёзной. Она ненавидит проигрывать. Понимаете? Не-на-ви-дит!

Несколько дней спустя после того, как Татим появилась на свет, я отправился с "Колорадо" на выезд в Финикс. Врачи постоянно делали мне уколы в колено, так что я был в полном порядке.

До конца "регулярки" я провёл ещё 14 матчей и набрал 24 очка (10+14), так что, мне кажется, вполне можно сказать, что я внёс свою лепту.

Наше соотношение побед и поражений за последние 15 матчей сезона выглядело следующим образом - 10-3-2. Это позволило нам занять второе место в Западной Конференции, в то время как первое досталось "Далласу". Я делал именно то, чего от меня и хотело руководство "Колорадо". В заключительном матче "регулярки" против "Далласа" я забросил свою 40-ю шайбу за 13 секунд до финальной сирены. Мы выиграли 2:1. Мы были полны энергии и готовы победить в Кубке Стэнли.

И вот 20-го апреля 1999-го года произошло массовое убийство в школе Колумбайн Хай. Двое парней расстреляли 12 школьников и учителя, ранили ещё 23, после чего покончили жизнь самоубийством. Всё это произошло в Джефферсон Каунти - тихом предместье Денвера, где проходили наши домашние матчи. Старт плей-офф отложили на три дня, а два наших первых матча перенесли в Сан-Хосе.

В раздевалке все только об этом и говорили. Более того, мы прикрепили к нашим сеткам эмблемы с аббревиатурой CHS (Columbine High School, прим. АО) и даже сходили в больницу проведать раненых. Я не знал, что из-за этого получится, потому что у них была тяжёлая психологическая травма. Они свои глазами видели, как убивают их одноклассников... я даже представить себе этого не могу. Так что нам хотелось увидется с ними и дать им понять, что мы за них горой. Для нас это было очень важно.

Всем было их жалко, мы все им сочувствовали, но надо было играть, и мы снова сконцентрировались на хоккее. Мы были одними из фаворитов в борьбе за Кубок Стэнли.

В первом матче я сделал две голевые передачи и заработал на себе 4-минутное удаление после того, как Винсент Дамфуз разбил мне нос. Мы выиграли 3:1. Но болельщики "Шаркс" меня пи**ец как ненавидели. Во время тайм-аута на видеокубе крутили ролик под названием "Двойники знаменитостей". Сначала там показали жуков из мультфильма "Жизнь жука", а после этого мою фотографию. Получилось очень смешно. Болельщики на трибунах с ума сходили.

Я обожал лезть под кожу игрокам "Сан-Хосе". Стоило арбитру отвернуться, как я теребил кого-нибудь крагой по лицу, или хлопал по щиткам вратаря, или тыкал клюшкой сзади кому-нибудь между ляжек, где нет никакой защиты. Это выводит людей из себя. А когда я забивал, я сыпал соль на рану болельщикам - садился верхом на клюшку и показывал пальцем на трибуны. Тихие калифорнийские болельщики рвали на себе волосы.

Мой сосед по комнате Милан Хейдук забросил шайбу в начале 14-й минуты овертайма, и мы выиграли серию в шести матчах. Я не заходил в плей-офф дальше первого раунда уже 10 лет. Я чувствовал себя потрясающе! Я хорошенько разогнался и прыгнул сверху на Милана. Он снова посмотрел на меня шокированным взглядом, и я засмеялся. Этот пацан меня до истерики доводил. Мои же дела шли вполне неплохо. В шестиматчевой серии против "Сан-Хосе" я набрал 11 очков (3+8).

В следующем раунде мы играли против "Детройта", и пресса окрестила нас аутсайдерами. "Детройт" на тот момент выиграл два последних Кубка Стэнли. В основу из фарм-клуба, которым тогда был "Хёрши", вызвали Криса Дингмэна. Дерби "Детройта" и "Колорадо" тогда уже были сродни "Калгари" и "Эдмонтона". Всё началось ещё задолго до меня - в третьем матче финала Западной Конференции 96-го года, когда Слава Козлов вмазал Адама Фута лицом в борт, а арбитр не дал удаления. Футу пришлось наложить 20 швов на лоб. Поэтому Клоду Лемье пришлось дать Козлову по морде.

После игры Клоди шёл по парковке со своей женой и ребёнком к машине, как вдруг наставник "Детройта" Скотти Боумен озверел и стал крыть его 3-этажным матом. И всё это на глазах у жены и ребёнка! Что бы ни случилось во время матча, этого делать нельзя. Никогда и ни за что.

Столь невежливое обращение, понятное дело, не понравилось Клоди, и три матча спустя он толкнул сзади Криса Дрэйпера на борт. Проблема была лишь в том, что калиточка у скамейки запасных была открыта и Крис со всего размаху влетел в её угол. Лицо Криса фактически было всмятку. Пока Клоди наблюдал со стороны за тем, как Дрэйперу оказывают помощь, Даррен МакКарти ударил его исподтишка, и началась заваруха.

Почти год спустя, 26-го марта 1997-го года, МакКарти вновь набросился на Клоди, мутузя его по полной программе. Патрик Руа пытался было их разнять, но в итоге сам подрался в центральном круге вбрасывания с Майком Вёрноном, который уже играл за "Детройт".

Ситуация усугубилась в финале конференции того же сезона, когда тренер "Колорадо" Марк Кроуфорд (тот самый спокойный и рассудительный парень, тренировавший нас на Олимпиаде в Нагано) был оштрафован на 10 тысяч за то, что во время четвёртого матча крыл последними словами Боумана. Он озверел до такой степени, что даже пытался перелезть через разделительное стекло между скамейками.

В общем, между "Детройтом" и "Колорадо" в то время всё было, мягко говоря, не совсем гладко. И когда мы проиграли обе домашние встречи серии, болельщики провожали нас со льда свистом. Но у нас в команде играли опытные игроки, у которых с дисциплиной всё было в полном порядке. Мы собрались и выиграли оба матча у них дома - на выезде мы были неудержимы. Остаток серии прошёл под нашу диктовку.

Я выигрывал 64% вбрасываний, а после двух раундов плей-офф я делил с 14 очками третье место в лиге по этому показателю с Джо Сакиком. Денверская пресса была в восторге и требовала, чтобы со мной продлили контракт, что мне было по душе. Мне там всё очень нравилось. Я тогда думал, что если мы обыграем "Даллас" в финале конференции, то я даже себе ещё один дом там в горах куплю.

Мы сразу вышли вперёд в серии, выиграв первый матч в Далласе. Матч получился упорным, но в конце третьего периода моей приятель Валерий Каменский подарил нам победу со счётом 2:1.

Мы были уверены в себе, моложе, больше и даже, может быть, быстрее и техничнее, но они хотели победить сильнее нас. Во второй встрече мы провели два отличных периода и ушли на второй перерыв при счёте 1:1. Но в заключительной 20-минутке они пошли без оглядки в атаку и перебросали нас 15-1. Майк Модано и мой бывший партнёр по "Калгари" Джо Ньюиндайк забросили по шайбе, и они выиграли 4:2.

Серия переехала к нам на "МакНиколс Арена", но "Даллас" было уже не остановить. Ньюи, который провёл тогда блестящий плей-офф, забросил шайбу и отдал две голевые передачи, и они "засушили" нас 3:0. Я был подавлен. У меня никак не получалось вылезти на пятак. Они сдерживали меня и Сакика.

Четвёртый матч этой серии был одним из самых напряжённых в моей карьере. Руа взял на себя роль лидера команды и стал повышать голос чаще обычного. Он призывал нас "пойти в атаку нах**". Мы стали играть намного жёстче. Защитник "Далласа" Ричард Мэтвичак вмял в борт Милана и сломал ему ключицу. Затем Мэтвичак въехал в Форсберга и травмировал ему плечо. А у нас уже и без того не играл Каменский из-за травмы кисти - вот почему так важна глубина состава.

Я Эдди Белфора, можно сказать, палаткой накрыл - такой скрининг ему устроил, что он вообще пизд*ц ничего не видел. Джо забросил первую шайбу, воспользовавшись моей передачей и Милана. На отметке 19:29 в овертайме счёт был 2:2, но Крису Друри удалось послать шайбу над правым плечом Белфора. Счёт по броскам был 45-45. Потрясающий матч.

А потом я свалился с тяжёлым гриппом. Я же вообще не болею. Никогда. Я же говорю, за 11 лет в "Калгари" я пропустил матчей семь. Но 30-го мая, когда у нас была пятая игра с "Далласом", я в буквальном смысле не мог встать с кровати. Несмотря на все слухи, появившиеся позже, это вовсе не было связано ни с какими там гулянками. Просто заболел и всё тут. Слава богу, мы выиграли 7:5 благодаря дублям Друри и Каменского. В следующем матче мы могли выиграть серию.

Но этого не произошло. Я выполз из кровати лишь для того, чтобы своими глазами увидеть, как Эдди Белфор выдал потрясающий матч, парировав 26 бросков из 27, а его команда выиграла 4:1. У нас было три дня на подготовку к седьмому матчу.

Я знал, что седьмой матч серии - это уникальная возможность для одного отдельного классного игрока склонить чашу весов в пользу своей команды. И я хотел этим воспользоваться. Новые владельцы команды - Билл и Нэнси Лори - платили мне деньги вовсе не затем, чтобы наша команда остановилась в шаге от финала. Я получал $2.4 миллиона в год и знал, что зарабатывал бы в три раза больше, если бы вышел на рынок свободных агентов.

В общем-то, победа в седьмом матче была бы большим шагом к тому, чтобы владельцы клуба переподписали меня на большой контракт в следующем сезоне.

Но этого так и случилось. Майк Кин, мой старый приятель и партнёр со времён "Муз Джо", вставил нам спицы в колёса, забросив две шайбы. "Даллас" вышел в финал, где встретился с "Баффало" и выиграл Кубок Стэнли благодаря спорной шайбе Бретта Халла, который явно залез коньком в площадь ворот, сыграв на добивании.

Все в команде были расстроены, а сильнее всех, наверное, Патрик Руа. Он никак не мог забыть шестой матч. Он его сильно зацепил.

Остановившись в шаге от финала Кубка Стэнли, я понял, что "Колорадо" не будет меня переподписывать. У них и без того была достаточно большая платёжная ведомость. Петер Форсберг получал $9 000 000, Руа - $7 500 000, Сандис Озолиньш - $4 000 000, Адам Фут - $3 100 000, а Клоди - $2 500 000. Так что мне ничего не светило.

Ху*во, когда проигрываешь. Совсем ху*во.

AllHockey.Ru

 
  •  

    Константин Луговой (damonhell) 29 ноября 2010 в 18:56 0

    Классная глава....а победа Далласа в финале-это высшая несправедливость в истории нхл....
Акции и специальные предложения фитнес-клубов:

АВ Флекс

Супер акция в Июле 2 по цене 1

2 клубные карты по цене одной

Теорен флёри

Самокат

Узнай состав своего тела

% жира,воды,скелетно-мышечной массы

Теорен флёри